Описание:
И он вспомнил, как когда то очень давно, когда он был еще мальчиком, она точно также, таким же шутливо почтительным тоном говорила с благочинным. Только по необыкновенно добрым глазам, робкому, озабоченному взгляду, который она мельком бросила, выходя из комнаты, можно было догадаться, что это была мать.
Он закрыл глаза и, казалось, спал, но сышал два раза, как били часы, как покашливал за стеной отец сисой. И еще раз входила мать и минуту робко глядела на него.
А я вот пришел, хочу вас смазать водкой с уксусом. Ежели натереться хорошо, то большая от этого польза. Господи иисусе христе. Вот так.
Вот так. А я сейчас в нашем монастыре был. Не ндравится мне! Уйду отсюда завтра, владыко, не желаю больше. Господи иисусе христе.
Вдруг стук, хлопнула дверь вошел в спальню келейник. Ваше преосвященство! Окликнул он.
Лошади поданы, пора к страстям господним. Который час? Четверть восьмого. Он оделся и поехал в собор.
Вика Цыганова - Любовь и смерть - картинки:
Мнение:
Бодрое, здоровое настроенние овладело им. Так и теперь. Только когда прочли уже восьмое евангелие, он почувствовал, что ослабел у него голос, даже кашля не было слышно, сильно разболелась голова, и стал беспокоить страх, что он вот вот упадет.
Когда служба кончилась, было без четверти двенадцать. Приехав к себе, преосвященный тотчас же разделся и лег, даже богу не помолился. Он не мог говорить и, казалось ему, не мог бы уже стоять.
Сисой не мог долго оставаться на одном месте, и ему казалось, что в панкратиевском монастыре он живет уже целый год.
Уйду завтра. Бог с ним, со всем! Мне бы потолковать с вами.
Хоть бы один человек, с которым можно было бы поговорить, отвести душу! Долго слышались чьи то шаги в соседней комнате, и он никак не мог вспомнить, кто это.
Новинки
Топ закачек
Метки