Описание:
У меня жар. Проговорил преосвященный и сел. В самом деле, надо бы что нибудь. В голове нехорошо.
Сисой снял с него рубаху и стал натирать ему грудь и спину свечным салом. Вот так. Вот так.
Надо было принять его. Сидел еракин около часа, говорил очень громко, почти кричал, и было трудно понять, что он говорит. Дай бог, чтоб! Говорил он, уходя.
Всенепременнейше! По обстоятельствам, владыко преосвященнейший! Желаю, чтоб! После него приезжала игуменья из дальнего монастыря. А когда она уехала, то ударили к вечерне, надо было идти в церковь. И, быть может, на том свете, в той жизни мы будем вспоминать о далеком прошлом, о нашей здешней жизни с таким же чувством.
Кто знает! Преосвященный сидел в алтаре, было тут темно. Слезы текли по лицу.
Господи иисусе христе. Вот так. Сегодня ходил я в город, был у того как его? Протоиерея сидонского.
Чай пил у него. Не ндравится он мне! Господи иисусе христе. Вот так.
Ведьмина гора - фото:
Коментарии:
Преосвященный петр проведывал его почти каждый день и принимал вместо него просителей. А бумаги, входящие и исходящие, считались десятками тысяч, и какие бумаги! Благочинные во всей епархии ставили священникам, молодым и старым, даже их женам и детям, отметки по поведению, пятерки и четверки, а иногда и тройки, и об этом приходилось говорить, читать и писать серьезные бумаги. И положительно нет ни одной свободной минуты, целый день душа дрожит, и успокаивался преосвященный петр, только когда бывал в церкви.
Все люди в этой губернии, когда он глядел на них, казались ему маленькими, испуганными, виноватыми.
Как хорошо! В четверг служил он обедню соборе, было омовение ног. Когда в церкви кончилась служба и народ расходился по домам, то было солнечно, тепло, весело, шумела в канавах вода, а за городом доносилось с полей непрерывное пение жаворонков, нежное, призывающее к покою.
Приехав домой, преосвященный петр напился чаю, потом переоделся, лег в постель и приказал келейнику закрыть ставни на окнах. В спальне стало сумрачно.
И он, который никогда не решался в проповедях говорить дурно о людях, никогда не упрекал, так как было жалко, с просителями выходил из себя, сердился, бросал на пол прошения. И почему, спрашивается, с сисоем она говорила без умолку и смеялась много, а с ним, с сыном, была серьезна, обыкновенно молчала, стеснялась, что совсем не шло к ней? Единственный человек, который держал себя вольно в его присутствии и говорил все, что хотел, был старик сисой, который всю свою жизнь находился при архиереях и пережил их одиннадцать душ.
Новинки
Топ закачек
Метки