Описание:
Хрен с ним, пусть оставит. Слоник тем временем укладывал на передние нарты принесенный широченным обхватом тюк, стянутый медвежьей шкурой, из которого с торца торчали концы собольих хвостов и лап. Однако, что ж это? Замер над тушей кильтырой. Мои собольки то ж! Пошто берете? Добыча моя ж это! Была твоя, стала наша. Ты руби, руби.
Да, гражданин яковлев. Вы взяли. Мы взяли. Строго, но справедливо… какой такой справедливо? Кильтырой отшвырнул топор, подбежал к нартам и потянул с нее шкуру, но, поднятый за грудки одной слониковой рукой, под смех семерки задрыгал в воздухе ногами и тут же отлетел назад, к полуразделанной туше, ободрав лоб о красную снежную корку.
Кильтырой узнал голос семерки. Тут же в голове словно завертелся еж, заломило внутри левого уха, и из него полилось, обжигая шею. Кильтырой открыл глаза небо, тайга, дом, слоник рядом с упряжкой все опрокидывалось, опрокидывалось в розовом тумане. Пришлось опять закрыть глаза и лечь, прижимаясь лицом к спасительно холодному снегу.
Тоже голова трещала, и кровь ухом шла. Кильтырой почувствовал, что его потащили, как куль, бросили к стене на охапку сена.
Губы его сжались, побелев, глаза сузились. Все лицо удивительно изменилось, словно он накинул на него маску свирепого духа. Кильтырой поднялся, не отрывая взгляда от этого лица, припадая на заболевшую ногу, сделал несколько шагов в сторону, вдруг резко нагнулся, схватил топор и пошел на слоника.
Смех прекратился. Семерка вскинул было карабин, но гигант остановил его движением руки и в два поразительно легких для его огромного тела прыжка переметнулся навстречу охотнику.
system tweaker - фото:
Отзывы:
…Живой? Донеслось как будто издалека. А пес его знает, послышалось ближе и глуше.
Все левая сторона лица горела, хотя была вроде не своя, отдельная от раскалывающейся головы. Кильтырой пошамкал ртом.
Потом его опять подняли, втащили в дом, положили на нары, и он услышал лязг засова, удаляющееся шуршание нарт, тоскливый визг кайрана.
Затем эта кличка перекочевала бог весть какими путями за ним в следственный изолятор, пересыльную тюрьму, а оттуда в колонию строгого режима. Он не блистал тюремными навыками и уголовной терминологией, и это сразу бросилось в глаза тем, для кого суд, приговор и камера были такими же естественными обстоятельствами жизни, как хлеб и вода.
Он выплюнул этот комок, протяжно застонал и попробовал сесть.
Акимычев показал свою силу и неожиданно для всего сброда стал его рем, хотя никто его не знал и не числился он в их безошибочных списках кандидатов на долгую компанию ни татуировки, ни блатного жаргона, ни особенного артистизма.
Новинки
Топ закачек
Метки