Описание:
Великие и полномочные послы боярин, оружейничий и наместник нижнего новгорода григорий гаврилович и окольничий и наместник алатырский степан гаврилович пушкины, ближние государевы люди, ехали в варшаву по великим делам. Было им строго наказано самим государем говорить панам раде и королю, что великий государь изволит на них, поляков, гневаться за то, что его, государев, титул в присылаемых на москву грамотах пишется неполно. А ведь было договорено, что его, пресветлого российского царя, титул будет писаться с большим страхом и без малейшего пропуска. А еще послы должны были потребовать от панов рады казнить смертью тех двух друкарей, кои печатали бесчестные книги, наполняя оные всякими кривдами и постыдными для государя нелепицами.
Не доезжая нескольких саженей, послы остановили карету и стали ждать. Никто из панов с коней не сходил и встречь им не шел. Запахнувшись в шубы на бобровом меху, крытые сверху добрым фландрским сукном, сидели послы, ухмыляясь в бороды, в теплой карете, равнодушно поглядывая в веницейские окна. За окнами мела снежная поземка, и с реки прямо панам в морды дул ледяной январский ветер. Дьяк гаврила время от времени вытаскивал из под шубы куранты с луковицу величиной, глядел, сколь времени прошло, как стоят послы у въезда в город.
Наконец сдались паны. Слезли с седел и, взяв под уздцы впряженную в сани тройку белых коней, крытых вышитыми попонами, пошли навстречу послам. Боярин григорий гаврилович еще плотнее запахнулся в шубу надвинул на косматые брови горлатную трубой шапку, отвернулся от окна.
Да и кого им было бояться, когда простой казачишка хмельницкий литовского короля ивана казимира на глазах у всех иноземных государей за один год неоднократ побил и едва на аркане в полон не свел? Однако ж и другое знали послы что в легкое да приятное посольство государь никогда их ни в одну страну не посылал. Знал, милостивец, что за умаление его царской чести, глазом не моргнув, пойдут братья пушкины на плаху. Знал, благодетель, что нет у него ни в посольском приказе, ни в иных столь бесстрашных, гордых и ни в чем не уступчивых послов, как пушкины.
игру маша и медведь - фото:
Мнение:
А мысли об отринутых ляхами землях так и лезли в голову, хотя и не о них должны были переговаривать великие послы.
За вязьмой шли порубежные места, и уже в старом дорогобужском детинце разместился как дома польский гарнизон, а смоленск и пограничным не был стоял в глубине речи посполитой, столь же далеко от рубежа как и москва.
Подъехал верхом на коне богато изукрашенный пан. Дьяк узнал его видел в прежних посольствах.
Пушкин, еле поворотив к окну голову, сказал пущай прежде с коня сойдет. Невместно мне первому из кареты идти, когда передо мной невесть кто верхами сидит.
Через три недели подъехали послы к варшаве.
Новинки
Топ закачек
Метки