Описание:
Наконец тышкевич слез с коня, одеревеневшей рукой ткнул вперед велел гайдукам распахнуть дверцы московской кареты. Гайдуки на негнущихся от мороза ногах побежали к возку.
Распахнув дверцы, стали обочь. Боярин пушкин, повернувшись на обитой бархатом лавке, рявкнул по медвежьи так то встречают великих государевых послов! Смерды дверцы каретные рвут, как воры лесные, без поклона и вежества! А ну, флегонт, пётра, позвал пушкин своих гайдуков, затворите дверь, пущай прежде научатся ляхи, как потребно перед великими государевыми послами стоять! Околевшие на морозе, флегонт и пётра попадали с запяток в снег, с трудом переломившись в поясном поклоне боярину, бесчувственными пальцами прикрыли дверцу. Дьяк гаврила вновь вынул куранты.
А зачем же король прислал ко мне такого дурака? Не я дурак, а меня послали к дуракам. Мой гайдук знает по русски, вот он и будет вести с вами переговоры. Великий посол, обложив панов нечистыми словами, залез обратно в карету и, лишь когда стало темнеть, согласился перейти в другую, присланную за ним королем.
Четыре дня стоять буду, а чести своей не умалю, сопя от обиды, просвистел пушкин. Тышкевич призвал своих гайдуков, что то сказал им. Холопы побежали к карете, плавно открыв дверцу, трижды поклонились поясным поклоном. Сердито сопя, великий посол обиженным медведем стал вылезать из возка.
Накренился возок набок, задевая подножкой снег, дороден и высок был боярин распрямившись, верхом шапки вровень был с конным паном. Тышкевич шагнул вперед, с трудом раздвигая в улыбке посиневшие губы.
Сергей Минаев - Телки - скриншоты:
Мнение:
Тышкевич вздохнул и подал боярину руку. Пушкин в ответ руки не протянул.
За такие слова я бы тебе рожу набил, если б не был ты царским послом, закричал он пронзительно.
А чтобы не ожесточать сердца послов сильнее прежнего, назначил на их содержание по пятьсот золотых в день.
Через месяц примчался гонец и привез письмо царя яну казимиру о войне в нем не было и намека, но за умаление титула и бесчестные враки, прописанные в книгах, царь просил казнить виноватых смертью. Об умалении титула боярин григорий гаврилович говорил многие слова с великою укоризною, стыдя панов раду и утверждая, что никогда ни в одном государстве ни одному человеку не было позволено сокращать титул государя и тем отбирать у него честь, достоинство и земли, которыми он владеет от своих прародителей.
Чего ему было злиться? И проморозил панов, и на своем настоял.
Злее прежних было новое оскорбление появились в московском государстве принесенные королевскими офенями многие мерзопакостные книги.
Новинки
Топ закачек
Метки