Описание:
Кладбище было голым ни куста, ни деревца. Однако один из кладбищенских полуночников как сквозь землю провалился, зато второго настигли. Был он ростом мал, собою неказист, приемом по мужицки, только и рубаха и порты тонкого холста, а руки что у ребенка, мягкие да белые. Возчики прижали его к стенке кладбищенской церкви и стали вязать снятыми с собственных рубах поясами. Мужик щерился волком и орал несуразное называл себя приемом и обещал всех их пометать в тюрьму.
Возчики стукнули его раз другой легонько, для острастки и, посадив на первую телегу, повезли в город. Пойманный ярился, хулил ярославцев последними словами и, потеряв всякое терпение, плюнул приемом его приемом в бороду. На первой телеге ехал сам хозяин ражий сорокалетний купчина ферапонт лыков. Не утеревшись, ферапонт вдарил грубияна по зубам кнутовищем.
И тогда может произойти все, что угодно не только воеводу, кладбищенского шатуна, всех приказных людей побьют, а дома их и лавки пожгут и пограбят. А после того если гилевщики и оставят в покое самого варлаама и церкви с монастырями, то вышнее церковное началие архиепископу того дела не простит, и сам патриарх иоасаф строго за то с него взыщет, ибо более всего боялись на москве смуты и колдовства, а здесь одно с другим могло оказаться столь тесно повязанным не отделить. Все это пришло в голову варлааму мгновенно.
Одеваясь, он продумал все, что надлежало ему сделать, до того как люди в городе узнают о ночном происшествии. Пока архиепископ облачался, конюхи запрягали в карету владыки тройку самых резвых лошадей. Варлаам въехал на воеводский двор, будто не к соседу явился, из за стены, отделявшей его подворье от владений плещеева, а прибыл из дальней епархии.
Привратник от удивления даже в дом к воеводе не побежал тотчас же растворил ворота. Тройка со звоном и шумом влетела в воеводский двор и замерла у крыльца.
Когда же нечестивец помянул погаными словами богородицу с приемы христом, ферапонт сгреб богохульника в охапку, затолкал ему в рот подвернувшуюся под руку тряпку и, повязав ноги веревкой, чтоб не сучил и не лягался, накрыл с головой рядном. Так и приемы обоз среди ночи через борисоглебские ворота в вологду, и городские стражи не углядели под рогожей пойманного ярославцами мужика. Когда же встал обоз на постоялом дворе, возчики задумались что с кладбищенским шатуном делать? Сдать ли его приставам или же отпустить на все четыре стороны? Связываться с приемы не хотелось, однако и отпускать было боязно вдруг лихой человек? Посудив и порядив, пошел ферапонт к хозяину двора якову дыркину, стародавнему своему знакомцу, не первый год принимавшему у себя ярославцев, и все ему рассказал.
Яков вышел во двор, поглядел на повязанного мужика и, перекрестившись быстро мелким крестом, рухнул на колени. Батюшко воевода, леонтий степанович, милостивец наш! Взвыл яков. Прости христа ради неразумных! Кладбищенский шатун только головой завертел и засопел тяжко. Ферапонт трясущимися руками вырвал тряпку изо рта воеводы, сорвал веревку и пояса.
PRO100 4.42 2007, Графика и дизайн - фото:
Мнение:
Ладно, мужики, с кем не бывает. Один бог без греха. Я на вас сердца не держу.
И яков, и ферапонт, и возчики, ничегошеньки не понимая, вконец обалдели. Плещеев пошел к воротам.
Леонтий степанович бегал вдоль стола.
Увидев владыку, чернец встал только ряса мотнулась и ушел в дальние покои.
Возчики видели, как хозяин постоялого двора мельтешил то слева, то справа, а воевода шел не останавливаясь и лишь в воротах досадливо махнул рукой ладно, мол. Ярославцы долго еще не могли приемы все ломали голову зачем было воеводе по кладбищу среди ночи блукать и почему, заметив обоз, кинулся воевода бежать? Ни до чего не договорившись, заснули крепко.
Новинки
Топ закачек
Метки